Место проведения: Москва;
Дата и время: 26.07.2008
Организаторы: Московское отделение ОГФ.

Пресс-служба московского ОГФ

http://www.robertamsterdam.com/2008/07/orthodox_church_edges_out_civi.htm

The church's call for de-communization helps the state further marginalize the public effort led by Memorial, the Russian human rights group that, since the late 1980s, has researched and published information on communist crimes. Unlike the Russian Orthodox Church, Memorial wouldn't keep denunciations of communism within "reasonable limits." Little wonder that the church's anti-communist campaign conveys the impression that the church is the only organization concerned with confronting communist horrors. (...)

Interest in the dark side of Soviet history is modest now compared with the nationwide yearning in the late 1980s for the truth about the Soviet regime's crimes. But it may be enough to make the Kremlin want to preempt or control such interest. If its plan is indeed to enlist the church in a mild anti-communist campaign while marginalizing Memorial, the government has abundant power and resources to do so. Of course, even a limited condemnation of Soviet communism is better than nothing, but these political half-measures cannot supersede a national effort to come to terms with Russia's history.

http://www.robertamsterdam.com/2008/07/putin_out_to_destroy_mechel.htm

"This (Mechel) was a benchmark stock for the sector, but now people are remembering what happens here when you come into conflict with the government," said Pavel Koryshev, trader at East Kommerts investment group in Moscow.

"The company could face corporate ramifications along the lines that we've seen before," he said.

A Moscow-based fund manager, who asked that he not be identified, said investors in Mechel were being scared off by Putin's comments.

"People are getting out of Russia. Putin had some very angry comments directed straight at the company and it is quite rare for Putin to specifically single out one company," he said.

 28 июля 2008 года, в понедельник, рано утром (с 8.30 до 9.30) в Москве, у входа в  Верховный Суд РФ (Поварская ул. 15) состоится  публичное массовое мероприятие организованное Движением против нелегальной иммиграции (ДПНИ) и Национальным русским освободительным движением (НАРОД). Мероприятие приурочено к судебному заседанию Военной коллегии Верховного суда по делу Сергея Аракчеева (кассационное слушание), которое начнется 28 июля, в 10.00. Основные требования организаторов – справедливое рассмотрение кассации, поданной Сергеем Аракчеевым  

Представителями ДПНИ и НАРОД было подано соответствующее уведомление о проведении пикета в Префектуру ЦАО, но – на него последовал отказ (говоря официальным языком – «отказ в согласовании», хотя сказали именно «отказ», чего уж тут церемониться), так как, по утверждению сотрудницы Префектуры ЦАО Борисовой Екатерины Вячеславовны, пикет будет проходить «в непосредственной близости от здания суда». Возражение о том, что вести речь о  «непосредственной близости», в нашем случае, когда пикет проводится на другой стороне дороги от здания Верховного суда нельзя, было проигнорировано.  

Поэтому – мероприятие состоится при любой погоде и любых обстоятельствах. Подходите к дверям ВС к 8.30. 

Отвечаю на возможные вопросы интересующихся: 

ВОПРОС №1. «А стоит ли? Вроде бы уже ясно, что плетью обуха не перешибить...»

Стоит. Как минимум по трем причинам. Причина первая: кто ни за что не борется, тот ничего и не получает. Сторонники Квачкова, например, – боролись, хочу вам напомнить. Причина вторая: делай что должен, и будь что будет. Мы должны сделать то, что от нас зависит. Причина третья: солидарность с Сергеем Аракчеевым. Сергей сейчас за решеткой. Мы с вами – на свободе. У нас – весь мир под ногами – лето, солнце, свобода. Езжай куда хочешь, дыши полной грудью. Мир Сергея Аракчеева, несправедливо, «во исполнение воли чеченского народа» (по словам Р. Кадырова) брошенного за решетку – считанные квадратные метры. Кто там был, тот знает каково это. Мы, свободные, «вольняшки», должны поддержать Сергея.

 ВОПРОС №2 «Почему бы не провести мероприятие в другом месте, где его санкционируют?»

Ну да, нам разрешат целое шествие на пустынной набережной Тараса Шевченко, но вот только смысла в этом не будет никакого. Кстати, список мест, где «санкционируют» мероприятия сжимается подобно шагреневой коже. Где-то мы помешаем «движению пешеходов», где-то – еще чему-то. Учесть все эти запреты невозможно в принципе, они носят очевидно издевательский и неправовой характер. Соблюдать их формально мы должны, и мы этот долг выполнили – подали уведомление. В остальном мы, считаю, в своем праве. И последнее - друзья мои, хочу напомнить вам: это наш город и это наша страна, а не какого-то клерка из Префектуры.

 ВОПРОС №3 «Почему так рано? Вы бы еще на 6 утра назначили...»

Друзья, суд начнется в 10.00, и проводить что-то позже этого срока будет малоосмысленно. Наша задача – продемонстрировать суду, судьям, если угодно, что мы, друзья Сергея – будем бороться за его свободу, призвать их судить по совести, а не согласно «воле чеченского народа». Перенести суд мы не в силах, как вы понимаете. Извините, конечно, но история не имеет перерывов на обед и отпусков. Те, кто работает – пожалуйста, отпроситесь прийти на час позже. Те кто в отпуске – отрежьте от своего отпуска несколько часов.

 ВОПРОС №4 «А не разгонят ли это мероприятие и не заберут ли нас всех в милицию?»

Отвечу так: мы будем действовать максимально корректно, и - в рамках закона. Такая форма как «сход граждан» предусмотрена в уставах муниципальных образований, одиночные пикеты – тоже не запрещены. Мы не заинтересованы в противостоянии с органами правопорядка. Отмечу, что в январе сего года компромисс с органами удалось найти. Кстати, там же у ВС, проводили свои мероприятия коммунисты, обозначив их как «встречи депутатов ГД с избирателями». В аналогичной стилистике будем действовать и мы. Хотя, гарантировать, конечно, ничего нельзя.

 ВОПРОС №5: «А если там будут люди, которые лично мне неприятны, или неприятны их взгляды?»

Ну вы ведь не к этим людям идете, вы идете поддержать Аракчеева. Я уверен, что Сергею нужна сегодня любая поддержка. Мы ждем представителей любых организаций, да и просто тех, кто неравнодушен к судьбе Сергея. Постараемся каждому дать слово.

  Ссылка на карту здесь: http://maps.yandex.ru/map.xml?mapID=2000&mapX=4184886&mapY=7474349&scale=10&slices=1&descx=4184886&descy=7474349

Внимание: вход в Верховный суд – со стороны Большого Ржевского переулка!) 

Местонахождение – 10-15 минут пешком от метро Арбатская (любой линии)

И последнее: просьба ко всем, кто неравнодушен к судьбе Сергея - дать ссылку на этот пост.

   Кто о чем, а я об ударении. Как только появляется такое вот спорное слово (или слова) с неустоявшимся ударением, нет мне жизни - пока вопрос не прояснится. Коллеги проходу не дают, и правильно делают: новости каждые полчаса, а как его произносить, Радована Караджича? КАраджич? КарАджич? РАдован? РадовАн?...
   Рассказываю эту историю, чтобы было понятно, как мы действуем в подобных ситуациях.
  

http://www.robertamsterdam.com/2008/07/gazproms_canadian_secret.htm

Count on Gazprom to work in best interests of Russia

Canada should be wary of dealing with state-owned gas giant

ART DURNEV and PAT AKEY

With gas prices at record levels, the announcement of Gazprom's signature of a letter of intent with a Franco-Canadian consortium to supply liquefied natural gas is a good thing, right?

The deal, as it currently stands, would have Gazprom, Russia's state-owned oil producer, supply 100 per cent of the LNG to the plant located outside of Quebec City. However, Russia's murky political scene and the highly charged nature of energy prices makes us wonder how good this deal actually is.

International politics increasingly involve oil and gas. Government-owned oil-producing companies own a great deal of oil reserves in the world, and with demand for oil expected to reach 116 million barrels per day by 2030 (according to the International Energy Agency) politics will have increasing significance.

Unlike private corporations, state owned enterprises' objectives are not necessarily to maximize profit: They are often to advance a government's agenda.

On June 21 the U.S. Secretary of Energy, Sam Bodman, said that market fundamentals showed that production has not kept pace with growing demand for oil.

According to classical economics, this excess demand should prompt an increase in the production and therefore supply of oil. However, governments of countries such as Russia and Iran have been slow to increase production, likely because the excess demand gives them political clout that they can wield over countries that are dependent on oil imports. In May, Russia placed limits on foreign participation in its oil sector, deeming it of "strategic importance."

Recently, Russian leaders Dmitri Medvedev and Vladimir Putin have made statements that are highly critical of the United States and other Western countries. What is to stop Gazprom from deciding to cut off exports to Western countries to further "anti-Western" political agendas?

Russian companies (private and state-owned) have been known to use oil supply as a political weapon. Consider, for example, LUKOIL's decision to cut off oil to Germany earlier this year because of a price dispute, or Gazprom's four-day supply shutdown to Ukraine in 2006. On May 20, Gazprom stated publicly that Europe could risk its oil supply if it sought to break up gas monopolies. Dmitri Medvedev, Russia's president, is Gazprom's former chairman and no stranger to oil politics.

Gazprom's new chairman, Victor Zubkov, is Vladimir Putin's former prime minister and long- term ally, and will also serve as the first deputy prime minister in addition to his chairmanship. This inbreeding of civil servants and corporate leaders ensures that the political/economic status quo of will be upheld and that the largest corporations operating in Russia follow the directives of the government.

These directives could target Canada in the future. Last week, Russia passed a law allowing the government to handpick companies to develop the Arctic oil reserves under Russian jurisdiction, clearly a move to keep control of Arctic oil in the hands of the government. Given that Russia has placed a territorial flag on the floor of the Arctic Ocean, a future conflict could arise over the ownership of Arctic oil. The Russian government could then use the oil supply to Quebec as significant leverage in a dispute.

Whether Gazprom becomes a friendly partner or a hostile rival will depend on many factors, some of which are out of the Canadian policymakers' control. The Kremlin's policies toward its economic partners seem to be more aggressive as their windfall profits from record oil prices increase. The main factor that Canadian policymakers do control is the decision to allow or to bar Gazprom from supplying Canada with gas.

This is a decision that must not be made without a thorough consideration of the political economy of Russia and international oil politics.