Ничего не бойтесь - всё уже было

Честь и Верность - Железный капитан Кодряну

2008-07-21T06:34:51Z

http://www.nazbol.ru/rubr31/2167.html

http://community.livejournal.com/namarsh_ru/2201864.html
Честь и Верность - Железный капитан Кодряну

Если нацболы не нацисты (просто название и символика похожи), зачем почитают гитлеровского соратника, основателя Легиона Михаила Архангела и Железной Гвардии Корнелиу Зеля Кодряну?

Корнелиу Кодряну - румынский нацист.
Легионеры Железной Гвардии истребляли евреев Румынии, Молдовы и Украины.
Легионеры Железной Гвардии воевали в Испании на стороне фашистов.

фотографии с сайта www.miscarea.net

Я умею четать! Я падежов не путыю!

2008-05-25T00:04:35Z

Я проверил свои знания русского языка и получил пятерку.

Сходи, проверься?

картинка

2008-05-18T05:14:03Z

http://levkonoe.livejournal.com/2752159.html

Вот картинка от levkonoe
Po Pin Lin Wash Day

Врагу не сдается наш гордый Иван

2008-05-14T05:28:29Z

Сегодня, 14 мая, в 12:00 состоится суд над Иваном ivansim Симочкным в Басманном мировом суде.

Yes!!!

2008-02-23T08:44:33Z

via ddb
http://ddb.livejournal.com/1093778.html

Всё чудесатее...

2008-02-23T08:28:58Z

Лев Пономарёв обвинён в клевете

Начальник ФСИН Юрий Иванович Калинин уверяет, что не имеет отношения к созданию пыточной системы колониях, и что данное утверждение - клевета Льва Пономарёва.
Вы, Юрий Иваныч, полегче, вы-то сами колонию самого ужасного режима заслужили.

Савва Терентьев обвинён в разжигании вражды

как будто его блог (с 30-ю френдофами) - СМИ
а неверные менты - социальная группа.

И что суды зависимы, в т.ч. и от Лужкова-Батурина, сказать уже нельзя - потом не расплатишься.

Всё чудесатее...

linx_meow @ 2008-02-23T01:21:00

2008-02-23T06:23:23Z

Хороший человек - mezak
Я его зафрендила

жительница Ростова-на-Дону Раиса Гришечкина продолжает голодать

2008-02-13T07:07:43Z

"Я решила продолжить голодовку..."
Раиса Гришечкина из Ростова-на-Дону сообщила о решении продолжать голодовку до решения суда об изменении меры пресечения заключенному Василию Алексаняну.

Портал HRO.org ранее сообщал, что после перевода Василия Алексаняна, страдающего неизлечимыми болезнями, из следственной тюрьмы в гражданскую клинику, добивавшиеся этого участники голодовки завершили свою акцию.

Однако, как нам стало известно, – не все. Правозащитница, жительница Ростова-на-Дону Раиса Гришечкина продолжает голодать. Раиса направила в адрес своих единомышленников письмо, в котором объяснила причины такого поступка:

"Это решение я приняла обдуманно и надеюсь на ваше понимание и поддержку. Исходя из ситуации, сложившейся на сегодняшний день, я пришла к выводу, что продолжу голодовку до решения суда об изменении меры пресечения, – говорится в письме. – Михаил Ходорковский прекратил голодовку, и я уважаю его решение. В своем письме ему я сама просила его прекратить голодовку, как только возникнет опасность принудительного кормления... Он в заключении, не свободен и зависим".

"Для того, чтобы М. Горбачев выпустил академика Сахарова, надо было, чтобы в тюрьме умер Марченко, – продолжает Раиса. – То же самое происходит и сейчас. В заключении умирает человек, не осужденный, только обвиняемый, вина его не доказана, и будет ли доказана – неизвестно. Нарушена Конституция и законы, защищающие права человека. Президент не знает, что в стране, доверенной ему народом, нарушаются Конституция и законы? Он клялся народу, что будет гарантом исполнения Конституции!! Значит, врал? Или сегодня поклялся, а завтра забыл?!"

Мы связались по телефону с Раисой Гришечкиной и задали ей несколько вопросов.

– Суд неоднократно отказывал адвокатам в изменении меры пресечения. Вы верите, что к вам прислушаются?

– Продолжать добиваться для Василия Алексаняна свободы доступа к нему я считаю жизненно важным для него. Я сама перенесла онкологическое заболевание в тяжелой стадии, операцию, химеотерапию. И хорошо знаю, что рак – это болезнь-стресс. Человек должен хотеть жить. А это возможно, только когда тебя окружает любовь. К Алексаняну обязаны пустить адвокатов и родных, которые его поддержат. Иначе никакая химеотерапия не спасет, никакие светила медицины.

– Почему вы решились на такой шаг? Почему вас задела за живое судьба Василия Алексаняна?

– Василий Алексанян – живой человек, и с ним нужно обращаться по-человечески. Даже в советские времена смертельно больных заключенных отпускали из тюрьмы. А Василий Алексанян имеет и все юридические основания для освобождения – согласно "Перечню заболеваний, препятствующих отбыванию наказания", утвержденному правительством России, слепота – безусловное основание для освобождения из-под стражи.

– Как вы относитесь к "делу "ЮКОСа"?

– Я не очень внимательно следила за всеми судебными процессами, это слишком объемное дело. Но из того, что я знаю, могу сделать вывод, что "ЮКОС" действовал по тем правилам, которые устанавливало государство. Как можно теперь судить задним числом? А главное – какое это имеет отношение к вопросу оказания медицинской помощи нуждающемуся в ней?!

– Сколько вы уже голодаете? Как себя чувствуете?

– Сегодня, 12 февраля, идет 12-й день моей голодовки. Я чувствую себя нормально, правда, иногда испытываю слабость, но я стараюсь по мере необходимости отдыхать. А в целом, все хорошо.

Ссылка на оригинал: http://hro1.org/node/1172
via sivilia_1

камера в лесу у кормушки

2008-02-12T23:26:15Z

http://kiveretsky.livejournal.com/72366.html

Всем немедленно сюда! - http://www.ilm.ee/~uploader/loodus/artiklid/art07metsakaameralive.php

Здесь лесные кабанчики хавку кушают! Почавкивая и похрюкивая.

(камера в лесу у кормушки)

За оперативную инфу Спасибо kiveretsky

svoboda 19.01.08 Елена Львова, Лев Пономарев История болезни Василия Алексаняна

2008-02-12T06:15:47Z

Слушать:
windows media real audio mp3

http://www.svobodanews.ru/Transcript/2008/01/19/20080119080041213.html

История болезни Василия Алексаняна, как история "болезни" тюремной медицины.

Марьяна Торочешникова

19.01.08

Марьяна Торочешникова: Сегодня в программе. История болезни Василия Алексаняна как история «болезни» тюремной медицины. По данным сайта Центра содействия реформе уголовного правосудия, в России ежегодно умирают две с половиной тысячи арестантов, так и не дождавшись судебного решения. Как конфликт между Лондоном и Москвой отзовется на деятельности российских неправительственных организаций? Кому выгодна ликвидация региональных отделений Британского совета в России? Кто следующий? И специальная рубрика Людмилы Алексеевой.

Неожиданный поворот в истории одного из многочисленных фигурантов дела ЮКОСа высветил новые проблемы, связанные как с исполнением Россией обязательств, взятых на себя в рамках международных соглашений, так и с исполнением чиновниками внутреннего законодательства, и поставил под сомнение компетентность медиков, работающих в системе управления исполнения наказаний. В студии Радио Свобода – исполнительный директор Общероссийского движения «За права человека» Лев Пономарев и адвокат Елена Львова.

Елена Львова, которая сегодня с нами, представляет интересы Василия Алексаняна – это бывший исполнительный вице-президент нефтяной компании ЮКОС, сейчас он находится в следственном изоляторе. Российские правозащитники требуют в этой связи немедленного исполнения российскими властями указаний Европейского суда по правам человека, который вынес уже три решения о необходимости госпитализации Алексаняна, поскольку он страдает серьезными заболеваниями: ВИЧ-инфекция, сопутствующие и прогрессирующие заболевания. Это выяснилось, насколько я понимаю, в сентябре 2006 года, такой диагноз – «ВИЧ», и с тех пор никакого лечения он фактически не получал. Но сегодня мы будем говорить не только об истории самого Василия Алексаняна, но и вообще о проблеме оказания медицинской помощи в следственных изоляторах России, поскольку, по данным Центра содействия реформе уголовного правосудия ежегодно в России 2,5 тысячи арестантом умирают, не дождавшись судебного решения. Получается, что в этой части презумпция невиновности не действует вообще, поскольку эти люди, не будучи еще осужденными, фактически подвергаются казни или пытке… как это назвать с точки зрения человеческой, я не представляю.

И мой первый вопрос – к Елене Львовой. Елена Юлиановна, расскажите, пожалуйста, вкратце историю вашего подзащитного, что такое, почему такое жестокосердие проявляют медики следственного изолятора?

Елена Львова: Василий Алексанян был арестован 6 апреля 2006 года и сразу попал в следственный изолятор, еще 99-й изолятор ФСИН России. И через полгода, в сентябре месяце, как вы правильно сказали, ему был поставлен диагноз после анализов крови «ВИЧ-инфекция в стадии 3А». И судебные медики – была проведена судебно-медицинская экспертиза – установили, что он может содержаться под стражей только при условии осуществления в отношении него специальной, очень тяжелой химиотерапии. Само по себе содержание под стражей ставило в обязательное условие лечение его конкретными медицинскими препаратами, имеющими сами по себе тяжелые последствия для здоровья. Поэтому для того, чтобы начать это лечение, инициировать и проводить, нужны были определенные условия, которые должны были быть ему гарантированы. Среди условий, который должен был выполнять именно он, давая согласие на лечение, было сказано, что он обязан был предупреждать своего лечащего врача о всех изменениях своего состояния здоровья в любое время суток – и вот это в следственном изоляторе, как вы сами понимаете, ему гарантировано быть не может. Потому что сам вывоз даже для амбулаторного обследования – понадобилась ему три недели ежедневных жалоб, заявлений и ходатайств, чтобы его вывезли для осмотра. А для того, чтобы решить вопрос стационара, потому что с октября месяца его здоровье резко ухудшилось.

Марьяна Торочешникова: С октября…

Елена Львова: С октября уже 2007 года его состояние здоровья настолько ухудшилось, его стадия перешла в стадию «3В», поскольку его не лечили в следственном изоляторе, это лечение так и не было начато. Даже уже в связи с этим он незаконно содержался под стражей, потому что не выполнялись условия судебных медиков, в том числе и представителей, врачей этого МГЦ СПИД. И уже будучи вывезен 23 октября для амбулаторного обследования опять в МГЦ СПИД, там врачи подтвердили, что мало того, что его состояние здоровья ухудшилось, присоединились еще другие заболевания, очень серьезные, что его надо стационарно лечить вот в этой клинике, специальной клиник МГЦ СПИД. И для того, чтобы решить этот вопрос, понадобилось, смотрите, - ноябрь, декабрь, январь - три месяца! А вот Европейскому суду понадобился один день, чтобы решить этот вопрос. 26 ноября Алексанян обратился в Европейский суд, а 27 ноября уже было вынесено решение по его делу: срочно поместить его в этот стационар. То есть власти Российской Федерации, оставляя его под стражей, брали на себя ответственность, гарантии защиты его здоровья и жизни – и они это не гарантировали ему и не выполняли своих обязательств. А Европейский суд за один день потребовал исполнения своих обязанностей властями Российской Федерации. И понадобилось вынесение второго решения, как правильно вы сказали, 6 декабря, и 21 декабря третий раз повторил Европейский суд. Так его не только сейчас оставили там, за решеткой.

Марьяна Торочешникова: В следственном изоляторе.

Елена Львова: В следственном изоляторе, да, а у него был диагностирован туберкулез, которым он заразился, по всей видимости, при его перевозках в суд, - и даже этот диагноз сейчас не подтвержден и не опровергнут, и никакой медицинской помощи в этой части не оказывается. И с 30 декабря по сегодняшний день к нему даже ни разу не явился его лечащий врач вот в этом инфекционном отделении. Это к вопросу о том, как вообще оказывается медицинская помощь в следственном изоляторе. Ведь основная задача так называемых тюремных медиков – это не обеспечить состояние здоровья и жизни человека, а это обеспечить функционирование судебно-следственной системы, участие этих больных в следственно-судебных мероприятиях, выдача так называемых справок о том, что состояние здоровья является удовлетворительным. То есть если человек слепой, но он может слышать. Вот у нас, например, написали, что он может еще передвигаться пока.

Марьяна Торочешникова: Вот очень важный вопрос у меня к вам в этой связи, раз вы стали говорить уже о проблемах со зрением. Насколько я понимаю, состояние Василия Алексаняна крайне тяжелое, и кроме всего прочего, у него очень серьезные проблемы со зрением: один глаз у него не видит вообще, другой глаз видит…

Елена Львова: 0,01 процента – острота зрения.

Марьяна Торочешникова: Острота зрения – 0,01 процента. Насколько я понимаю, в Российской Федерации существуют какие-то законодательные акты или не законодательные акты, а постановления правительства, которые регламентируют те заболевания, при наличии которых человека нельзя содержать под стражей. Насколько я понимаю, в списке этих заболеваний также предусмотрена слепота. Почему же на основании хотя бы постановления правительства Российской Федерации до сих пор Алексаняна не выпускают под залог или просто не переводят в больницу и там не содержат под стражей вместе с приставом?

Елена Львова: С моей точки зрения, это грубейшее нарушение принципа презумпции невиновности прежде всего. Дело в том, что он обладает так называемой стойкой патологией зрения, подпадающей под пункт 26 постановления правительства, освобождающего от отбытия наказания. Мы неоднократно заявляли ходатайства об освобождении его из-под стражи, утверждая, что даже если ему будет назначено наказание, связанное с лишением свободы, если он доживет до приговора и суда, он будет все равно освобожден. Какая может быть целесообразность в том, чтобы его сейчас мучить, смертельного больного, слепого человека, когда он может спокойно лечиться на свободе и спокойно знакомиться с материалами дела при помощи адвокатов, мы могли бы ему помочь, а так - сидит следователь и читает ему материалы дела. Дело в том, что позиция государства здесь следующая, что он же еще не осужден, а постановление правительства распространяется на тех, кто уже осужден. И вот здесь, конечно, грубейшее нарушение презумпции невиновности. Если человек еще и невиновен к тому же, еще и его вина не установлена, и неизвестно вообще, состоится ли обвинительный приговор, так к нему тем более надо применять этот пункт! А он уже страдает этим заболеванием, которое несовместимо с его содержанием под стражей. Но на настоящий момент нам ничего не удалось добиться, кроме последнего обращения, которое мы сделали совместно с Львом Александровичем, и мы, в том числе, и ссылались на эту патологию зрения и на необходимость освобождения его именно в связи с наличием этих заболеваний.

Марьяна Торочешникова: Лев Александрович, насколько я понимаю, вот эта вот ситуация, история Василия Алексаняна, к сожалению, вовсе не уникальна. Опять же если вернуться к этим цифрам – 2,5 тысячи подследственных умирают, не дождавшись судебного решения, – просто волосы дыбом встают. Расскажите, пожалуйста, в этой связи что предпринимает правозащитное сообщество и может предпринять? И насколько, вообще, запущена эта ситуация?

Лев Пономарев: Все, что касается системы исполнения наказаний, находится в страшной такой ситуации, там все запущено, условно говоря. Конечно, в первую очередь, правозащитников мало, у нас маленькие ресурсы, но мы занимаемся, конечно, правом человека на жизнь. Чаще, конечно, к нам обращаются не из СИЗО, а из колоний, и определенно могу сказать, что каждый раз мы с трудом добиваемся того, чтобы изменили там статью, инвалидность перевели с одно категории на другую, но чтобы освободить из-под стражи… Хотя так же, как в случае Василия Алексаняна, есть несколько пунктов, по которым человек не должен находиться под стражей, но я не помню, может быть, нам один раз из десяти удается добиться, чтобы человека освободили раньше времени. А на самом деле выносят именно вперед ногами, как у нас принято говорить.

Марьяна Торочешникова: А что это такое? Это желание сэкономить на лекарствах, на ресурсах, я не понимаю, или это такая изощренная месть?

Лев Пономарев: Мне кажется, что на самом деле системе исполнения наказаний выгоднее человека освободить, потому что это ресурсы и все остальное. Зачем возиться и брать на себя ответственность? Здесь другое. Здесь абсолютно репрессивный характер нашей системы исполнения наказаний. То есть, даже если это экономически выгодно, даже рыночные отношения в этом смысле не работают. Экономически выгодно было бы не отвечать за его жизнь и освободить его, тем не менее, настолько жестоко поставлена ответственность за то, что вдруг незаконное освобождение, а вдруг это, может быть, за взятку, такое тем более ходит, и когда это совпадает с репрессивным характером вообще всей нашей системы исполнения наказаний и судебной системы и, я бы сказал, репрессивным состоянием нашего общества, потому что у нас тоже считают, что лучше пусть он умрет, чем освобождать преступника, - это то, что витает в воздухе у нас. Поэтому это общее настроение принципиально, конечно, доминирует в обществе и приводит к этому страшному явлению.

Здесь виновны все. Виновен и врач, который давал клятву Гиппократа, но не выполняет ее, виновен начальник колонии, который боится отпустить. Вся система такая страшная. Мы недавно выяснили новую ситуацию, которую еще ни раз мы не озвучили, вот только-только написали некие письма и в прессу не выходили. У нас, оказывается, в следственном изоляторе в Бутырках, в Москве, находятся психически нездоровые люди. Есть судебное решение, по которому эти люди должны направляться на психиатрическое лечение, принудительное психиатрическое лечение, но их из Бутырок нет возможности перевести в медицинское учреждение.

Марьяна Торочешникова: Как это нет возможности? Автомобиля нет?

Лев Пономарев: Нет, медицинские учреждения отказываются их брать, потому что это не регламентировано нашим законодательством. И вот мы не можем понять, сколько в Бутырках их находится, несколько десятков человек точно, а может быть, несколько сотен, которые психически больны, им не оказывается никакого лечения, и они там просто погибают. И это иностранные граждане – я самое главное не сказал, – потому что этот вопрос не решен в рамках нашего законодательства. Россиян, да, переводят, а вот к нам обратись узбеки, потом украинцы, сейчас уж вал пошел. Все знают, что мы этим занимаемся. Я написал письма, но я понимаю, что это вопрос межведомственный, он будет решаться у нас годами, как всегда любой вопрос.

Елена Львова: Мне кажется, Лев Александрович, что это еще не только репрессивный характер системы, это еще страшное равнодушие к судьбе людей, что власть живет параллельной жизнью с людьми, находящимися в таких условиях. То есть они существуют в системе своих координат, и то, о чем вы говорите, как раз это подтверждает. Казалось бы, то лица, вопрос которых не урегулирован с правовой точки зрения, и вместо того, чтобы заниматься своей прямой обязанностью и урегулировать, они людей оставляют заложниками своего бездействия и так далее.

Марьяна Торочешникова: Несовершенство системы.

Елена Львова: Судьба конкретных живых людей никого не интересует.

Лев Пономарев: Абсолютно наплевать, да!

Елена Львова: Я говорю: «Почему вы выдаете смертельно больного человека для проведения следственных действий?» А он говорит: «Ну, он же передвигается». Я говорю: «А кого вы не выдаете? У вас есть такие?»

Марьяна Торочешникова: Это врач вам так говорит?

Елена Львова: Да. Я говорю: «А у вас есть такие, которые уже не могут передвигаться?» Он говорит: «Такие есть. Таких мы не выдаем». Я тогда задала ему вопрос: «А что у вас делают такие люди, которых вы уже даже не можете выдавать для следственных действий?!» Какая целесообразность держать людей, явно уже смертельно больных?

Марьяна Торочешникова: Которые уже никуда не сбегут чисто физически.

Елена Львова: Понимаете, это уже не просто репрессивный характер, это страшное равнодушие власти к людям, судьба которых в следственных изоляторах еще не решена, по существу, еще в отношении них не установлена их вина.

Марьяна Торочешникова: Елена Юлиановна, но в России вообще скептически относятся к словам Екатерины Великой о том, что лучше простить десятерых виноватых, чем осудит одного невиновного. Поэтому все разговоры о презумпции невиновности в рамках Российской Федерации многие аналитики считают просто таким утешением для демократического сообщества, для здравомыслящих людей. Потому что в таких ситуациях, о которых вы рассказываете, действительно руки опускаются. Но, насколько я понимаю, это не единственный случай, это не идинственный ваш подзащитный, которого тюремная медицина довела до такого состояния?

Елена Львова: Мы в одном процессе участвовали, и мой подзащитный, кстати, был болен раковой опухолью, и мы тоже за все рассмотрение дела больше, наверное, 30 раз заявляли ходатайство об изменении меры пресечения, потому что он нуждался в оперативном вмешательстве, - и нам отказывали, говоря о том, что «все в порядке, мы будем оказывать ему медицинскую помощь». В отношении моего подзащитного все как бы, слава богу, обошлось, потому что его действительно прооперировали в условиях СИЗО, тут я ничего не могу сказать. А вот второй подзащитный, у него была диабетическая гангрена, и когда его привозили в суд, с ним случился приступ, и мы вызывали «скорую помощь». Приехала «скорая помощь», и они ушли в совещательную комнату и закрылись изнутри, судьи. И врач сказал: «Я не могу этого больного оставить, я его вынужден взять. Я не могу. Я ответственным буду за него жизнь».

Марьяна Торочешникова: «Потом меня же судить и будете за халатность».

Елена Львова: Да. И он сказал: «Я уеду с ним». Конвой сказал: «Ни в коем случае!» Мы стучали в комнату, где заседали судьи, чтобы решить этот вопрос, два часа врач не уезжал. И он сказал: «Я больше не могу, я «скорая помощь»». Я вызываю следующую «скорую помощь», для того чтобы дальше решался этот вопрос. Как только «скорая помощь» уехала – вышел суд оттуда. Мы быстро, кто успел, сказали: «Немедленно освобождайте из-под стражи!» Суд удалился, опять закрывшись, к себе. И его унесли на носилках в следственный изолятор. И потом дали справку о том, что он может участвовать в следственных действиях в «красном уголке» «Матросской тишины». И его приносили на носилках, мы слушали дело, но, к сожалению, он не дожил до приговора.

Возникает вопрос: что приоритетно в данной ситуации – все-таки жизнь человеческая или получение результата по уголовному делу? Зачем и кому тогда нужен этот результат?

Лев Пономарев: Главное, что это все узаконено, то есть по закону его должны освободить, по закону его должны лечить. Это все узаконено, на самом деле.

Елена Львова: Конечно. Что такое – взятие под стражу человека? Это гарантия государства соблюдения абсолютно всех прав, за исключением того, что он ограничен в свободе.

Лев Пономарев: Наоборот, когда мы на свободе, мы сами отвечаем за свою жизнь. А когда мы находимся в следственном изоляторе – государство заботится о нас.

Елена Львова: Конечно, и он должно гарантировать реализацию этих прав. Но это же реально не осуществляется. Я уж не говорю о снабжении лекарствами и так далее.

Марьяна Торочешникова: Кстати, об ответственности, правда, уже другого рода. Скажите, пожалуйста, существует ли какой-то правовой механизм, законный механизм привлечения к ответственности тех врачей, которые работают в тюремной системе, которые не оказывали своевременную медицинскую помощь людям, содержащимся, например, в следственном изоляторе или уже в колонии, по вине которых состояние человека ухудшилось? В случае, например, сейчас с Василием Алексаняном выяснилось, что вдруг у него появился туберкулез, - можно ли за это привлечь к ответственности кого-то из врачей, которые его теоретически наблюдали?

Елена Львова: Дело в том, что это ведь военная система, тюремные врачи – они же офицеры, они имеют свою подчиненность, у них свои взаимоотношения, например, с начальником тюрьмы, с начальником отделения больницы.

Марьяна Торочешникова: То есть субординация.

Елена Львова: Жесткая субординация, несмотря на то, что она – врач. И, естественно, эта градация иногда не совпадает с тем, что надо делать, что она думает, как надо делать врачу и так далее, с тем, какая общая установка по поводу этого больного. Но дело даже не в этом. Дело в том, что как только сейчас возникла ответственность, история с Алексаняном вышла наружу, то правительство Российской Федерации тут же избрало позицию: он отказывается от лечения. Хотя есть информированное согласие на это лечение. Все документы закрыты, к медицинским картам мы не имеем доступа, хотя, по закону, должны иметь. И должны все люди знать, те, кто там содержатся, что они имеют право доступа к своим медицинским картам. Не имеют права скрывать то, что написано в этих медицинских картах, но люди этого не знаю, и они не могут допроситься. Кто его послушает, если вдруг он скажет: «Покажите мне мою медицинскую карту». И карту можно переписать. Мы вынуждены так думать об этом, поскольку никто не имеет доступа к этому. Врачи на воле, гражданские врачи и то всегда имеют возможность себя закрыть.

Марьяна Торочешникова: Лев Александрович, на ваш взгляд, в этой ситуации можно что-то сделать, для того чтобы в корне изменить происходящее в тюремных клиниках?

Лев Пономарев: Говорить, регулярно говорить о том, что там происходит, правду говорить. Ну, и менять отношение всех, как говорится, к этой проблеме, в первую очередь чиновников, которые управляют этим процессом.

Марьяна Торочешникова: А как вы себе представляете смену отношения чиновников, которые управляют этим процессом? Что, стоять с ремнем над ними или что?

Лев Пономарев: Нет, я должен сказать, что на это уйдет поколение. К сожалению, только так можно говорить. С другой стороны, еще многое зависит от политического руководства страны. В рамках того режима политического, в котором мы находимся, этот режим не благоприятствует оздоровлению, скажем так, общества. Потому что есть руководитель системы исполнения наказаний, мы говорим, что эти колонии пыточные, оттуда не выходят жалобы, туда нужно пускать правозащитников, не все такие колонии, а есть список у нас, - казалось бы, в нормальной стране нормальному руководителю трудно было бы уйти от всего этого. Если он совсем уж нормальный, он идет навстречу, он смотрит, какие нарушения, и постепенно они устраняются. Здесь происходит сейчас ровно наоборот. Идут обвинения в том, что правозащитники вместе с ворами в законе раскачивают колонии. Полный абсурд, полный бред, но только чтобы по существу не отвечать на те вопросы, которые мы ставим.

Марьяна Торочешникова: Елена Юлиановна, а вы готовы сейчас прогнозировать решение Верховного суда Российской Федерации, который 22 января будет рассматривать вопрос о продлении срока содержания под стражей Василия Алексаняна?

Елена Львова: Разум мне диктует, что нет, ничего сделано не будет. Но вера моя в то, что все-таки это должно произойти.

Лев Пономарев: Нет, надежда должна быть какая-то.

Елена Львова: Ну, нельзя, чтобы этот клубок не размотался! Ну, всем же это понятно! Что, в Верховном суде не люди? Что, им непонятно, что стоит за этими решениями Европейского суда? Нельзя даже было до этого доводить. Поэтому все-таки вера у меня есть, и я надеюсь на то, что его освободят.

Марьяна Торочешникова: На мои вопросы в студии Радио Свобода отвечали исполнительный директор движения «За права человека» Лев Пономарев и адвокат Елена Львова.

Алексанян, Василий

2008-02-12T01:35:51Z

http://www.lenta.ru/lib/14163858/
(Лентапедия)

Бывший исполнительный вице-президент НК "ЮКОС", находящийся в СИЗО по обвинению в совершении ряда финансовых преступлений

Бывший исполнительный вице-президент НК "ЮКОС" с полномочиями президента. В 1996-2003 годах был начальником правового управления и вице-президентом "ЮКОСа", в 2003-2006 годах - адвокатом главы Group Menatep Платона Лебедева, президента "ЮКОС-Москва" Василия Шахновского и президента НК "ЮКОС" Михаила Ходорковского. В марте 2006 года вошел в совет директоров НК "ЮКОС", а в апреле стал исполнительным вице-президентом НК "ЮКОС" с полномочиями президента, но уже через несколько дней был арестован по обвинению в ряде финансовых преступлений. Несмотря на то, что во время пребывания в следственном изоляторе у него был выявлен ряд опасных для жизни заболеваний, суд решил оставить его в следственном изоляторе.

Василий Георгиевич [25] Алексанян родился в 1972 году [58] в Москве [22]. Окончил юридический факультет Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова и школу права Гарвардского университета в США, в которой был признан лучшим иностранным студентом и стал магистром права [58], [22], [5].

В 1992-1994 годах Алексанян работал в американской адвокатской фирме Cleary, Gottlieb, Steen & Hamilton. В 1995-1996 годах был начальником юридического департамента в британской инвестиционно-промышленной группы компаний SUN Group [58], [22], [54].

В октябре 1996 года Алексанян упоминался в прессе как представитель "М.А.Г.С. Консалтинг", включенный в список арбитров третейского суда Профессиональной ассоциации участников фондового рынка (ПАУФОР) [56], [50].

В декабре 1996 года Алексанян начал работать в нефтяной компании "ЮКОС" [54], председателем совета директоров которой в июне того же года стал Михаил Ходорковский [57]. Алексанян возглавил правовое управление компании [58].

За первые пять лет работы Алексаняна в "ЮКОСе" правовому управлению компании пришлось вести более сотни процессов, включая апелляции во всех инстанциях вплоть до Верховного суда. Считается, что во многом благодаря Алексаняну "ЮКОС" успешно противостоял попыткам Кеннета Дарта (Kenneth Dart), миноритарного акционера "дочек" нефтяной компании, заблокировать структурную реорганизацию холдинга - переход на единую акцию [54]. У Дарта были по 12 процентов акций "Юганскнефтегаза" и "Самаранефтегаза", а также 13 процентов акций "Томскнефти". Стороны инициировали многочисленные судебные иски, до рассмотрения которых арестовывались акции, принадлежавшие их противникам. Чтобы избежать подобных случаев "ЮКОС" тогда активно переводил собственные акции на офшоры. В конце 1997 года, когда противостояние только начиналось, Дарт хотел получить за свой пакет акций 750 миллионов долларов, а в конце 1999 года, когда "ЮКОС" ценой своей репутации мог бы обойтись и без него, согласился на 120 миллионов долларов. По мнению экспертов, в ходе этого конфликта только на ведение информационной войны стороны затратили по 15-20 миллионов долларов [55].

Начиная с 2001 года Алексанян фигурировал в прессе не только как начальник правового управления "ЮКОСа", но и как вице-президент [54], [53] и даже первый вице-президент компании [52]. В том же 2001 году он возглавил рейтинг самых влиятельных корпоративных юристов России, составленный журналом "Карьера" [54]. В интервью изданию Алексанян сообщил, что в период стабильного существования компании, главная задача его управления заключалась в "ведение домашнего хозяйства": отладке бизнес-процессов, создании процедуры принятия решений, обеспечении соблюдения законодательства всеми подразделениями компании в текущей деятельности, сопровождении новых проектов, повышении квалификации персонала, а также в построении схемы защиты активов [54]. Алексанян рассказал, что в свое время его управление впервые в практике российского нефтяного бизнеса разработало схему перехода права собственности на добываемую нефть с целью ее имущественной защиты, отстояв ее в суде "вплоть до Высшего арбитражного" [54], [53]. По некоторым сведениям, Алексанян был одним из самых доверенных лиц Ходорковского [22].

В 2003 году Алексанян продолжал занимать пост вице-президента и начальника правового управления нефтяной компании [49] вплоть до возбуждения уголовных дел против главы Group Menatep и управляющего акциями НК "ЮКОС" Платона Лебедева (задержан 2 июля 2003 года [48]), президента ООО "ЮКОС-Москва" Василия Шахновского (обвинен в уклонении от уплаты налогов 17 октября 2003 года [45]) и президента НК "ЮКОС" Ходорковского (арестован 25 октября 2003 года [43]).

После возбуждения уголовных дел против руководителей нефтяной компании Алексанян стал выступать в качества защитника Лебедева, Шахновского и Ходорковского [46], [45], [44], [42], [37], [36], [22], [5] и одновременно ушел из "ЮКОСа" [5], как того требовал федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре" [51]. При этом точно не известно, когда Алексанян перестал числиться в штате "ЮКОСа". Еще в июле 2003 года он был впервые упомянут в качестве защитника Лебедева [47], с другой стороны, журналисты продолжали называть Алексаняна вице-президентом нефтяной компании вплоть до декабря 2003 года [40], [39]. Когда в ноябре 2003 года сотрудники Генеральной прокуратуры, заинтересовавшись личными делами Алексаняна и заместителя начальника правового управления Дмитрия Гололобова, провели выемку документов в компании "ЮКОС-Москва" [41], они обосновывали свои действия тем, что обыски проводились не в офисе адвоката, а в помещении юридической службы фирмы [38].

5 февраля 2004 года подзащитный Алексаняна Шахновский был признан виновным в неуплате налогов на сумму 28,5 миллиона рублей, но был приговорен к одному году лишения свободы условно, так как возместил причиненный ущерб и к тому времени уже не работал в нефтяной компании [35]. 2 апреля 2004 года Басманный районный суд принял ряд постановлений по аресту швейцарских счетов десяти юридических фирм, связанных с "ЮКОСом", а также двадцати физических лиц, являвшихся акционерами или сотрудниками компании. Среди них оказался и Алексанян [14].

Начиная с 2004 года Алексанян на протяжении двух лет регулярно являлся в Генеральную прокуратуру на допрос в качестве свидетеля к следователям. Его вызывали несмотря на то, что он имел статус адвоката Адвокатской палаты Москвы и вправе был не давать показания против своих подзащитных и клиентов [21], [26], [5]. По словам самого Алексаняна, следователи утверждали, что ведут дела в отношении иных лиц [25]. Алексанян рассказывал, как однажды решил проверить, является ли он "невыездным": купил билет в Ригу, но его задержали в аэропорту [26].

По некоторым данным, Алексанян отсутствовал более половины судебного процесса по делу Лебедева, удостоившись в апреле 2005 года протокольного замечания от судьи Ирины Колесниковой "за неуважение к суду" [34], но появился к началу оглашения приговора [33]. По сведениям "Коммерсанта", Алексаняну, которого неоднократно допрашивали в Генеральной прокуратуре, угрожали арестом, возможно, вынудив отказаться от защиты Лебедева [34]. 31 мая 2005 года Лебедев и Ходорковский в рамках объединенного дела были приговорены Мещанским районным судом к девяти годам лишения свободы, но в сентябре 2005 года решением Московского городского суда срок заключения был сокращен до восьми лет [29], [32].

В начале марта 2006 года, в разгар конфликта лондонского и московского офисов "ЮКОСа" стало известно, что на внеочередном собрании акционеров управляющей компании "ЮКОС РМ" Алексанян может быть назначен членом совета директоров компании [30], [31]. 16 марта 2006 года решением собрания акционеров, а фактически президента НК "ЮКОС" и председателя совета директоров "ЮКОС РМ" Стивена Тиди, из состава совета директоров был исключен глава московского офиса компании и президент "ЮКОС РМ" Анатолий Назаров, а вместо были него назначены новые члены правления - вице-президент "ЮКОСа" по правовым вопросам Дэвид Годфри и Алексанян [28].

В конце марта 2006 года Алексанян согласился занять пост исполнительного вице-президента "ЮКОСа" [5]. Так как, согласно закону "Об адвокатской деятельности и адвокатуре", запрещалось совмещать адвокатскую практику и другую оплачиваемую деятельность (за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности) [51], 30 марта 2006 года Алексанян подал заявление о прекращении своего адвокатского статуса в связи с назначением на должность вице-президента "ЮКОСа". Заявление было принято к рассмотрению [17].

31 марта 2006 года, за день до назначения, Алексаняна вызвали в Генеральную прокуратуру и предупредили, чтобы он "держался подальше от этой компании". Когда Алексанян заявил, что не собирается покидать "ЮКОС", следователи заметили, что "впервые видят человека, который добровольно просится в тюрьму", и посоветовали ему "не забывать о своем здоровье" [21]. Так как адвокатский статус не позволял прокуратуре возбудить уголовное дело без решения суда [27] (адвоката можно было лишь задержать на 48 часов [25]), в тот же день Генеральная прокуратура направила представление в Симоновский районный суд с просьбой дать согласие на привлечение Алексаняна к уголовной ответственности [26].

1 апреля 2006 года Тиди назначил Алексаняна исполнительным вице-президентом "ЮКОСа" с полномочиями президента [27], [24]. В своем первом интервью Алексанян заявил, что намерен сохранить активы компании в условиях банкротства, чтобы обеспечить соблюдение интересов всех сторон - НК "ЮКОС", ее акционеров и кредиторов [26]. Через несколько дней он сообщил о намерении пересмотреть структуру управления компанией, что позволит ему самостоятельно управлять дочерними предприятиями, в которых находились все активы "ЮКОСа" [25], минуя управляющие компании "ЮКОС РМ" (переработка и сбыт) и "ЮКОС ЭП" (разведка и добыча), чье руководство отказывалось подчиняться решениям лондонского офиса [24]. По мнению экспертов, Алексанян, получивший широкие полномочия, вполне мог реализовать намеченные планы [24].

С 3 по 5 апреля 2006 года Симоновский районный суд рассматривал представление Генеральной прокуратуры [26], [25], [23]. Алексанян в это время заявлял, что, даже опасаясь неблагоприятного развития событий, он намеренно отказался от эмиграции, назвав это своей гражданской позицией. По его словам, он не являлся политической фигурой и надеялся, что "справедливый суд" установит отсутствие оснований для привлечения его к уголовной ответственности [25]. Поздно вечером 5 апреля 2006 года следователи Генпрокуратуры обыскали квартиру Алексаняна и его загородный дом в Горках-2 и, помимо документов, изъяли деньги и коллекцию швейцарских часов [23], [21]. 6 апреля 2006 года Симоновский суд выдал санкцию на предъявление обвинений Алексаняну [20]. В тот же день вице-президент "ЮКОСа" был задержан [18]. Ему было инкриминировано хищение акций ОАО "Томскнефть" и имущества Восточной нефтяной компании, а также последующее отмывание и легализации денежных средств, нажитых преступным путем. По версии следствия, Алексанян тем самым нанес ущерб собственникам, оцененный в 12 миллиардов 781 миллион рублей. Все эти преступления он якобы совершил в октябре-декабре 1998 года, когда возглавлял правовое управление "ЮКОСа" [20], [10].

В основу предъявленных Алексаняну обвинений легли показания бывшего юриста "ЮКОСа" Светланы Бахминой, арестованной в декабре 2004 года и приговоренной в апреле 2006 года к семи годам лишения свободы [19], впоследствии ее срок заключения был уменьшен на полгода [12]. В апреле 2006 года, выступая в суде с последним словом, Бахмина фактически возложила вину за инкриминированные ей преступления на своих непосредственных руководителей - Алексаняна и Гололобова [21]. По мнению прокуратуры, Алексанян действовал в составе организованной группы, одним из участников которой являлся совладелец "ЮКОСа" Леонид Невзлин [10].

7 апреля 2006 года решением уже Басманного районного суда исполнительный вице-президент "ЮКОС" был арестован и отправлен в специальный следственный изолятор - спецблок 99/1 "Матросской Тишины", где он сразу же отказался проходить медосмотр и на десять суток был помещен в карцер [20]. В тот же день Алексанян объявил о начале бессрочной голодовки в связи с незаконным решением суда [20], [21], прекратив ее лишь 27 апреля 2006 года [16].

Тем временем 11 апреля 2006 года Адвокатская палата удовлетворила ранее поданное заявление Алексаняна о прекращении его адвокатского статуса [17].

Адвокаты Алексаняна пытались обжаловать решение Басманного районного суда в Московском городском суде. Выступая на судебном заседании 1 июня 2006 года, сам подследственный заявил, что состояние его здоровья не позволяет находиться под стражей и пояснил, что у него есть проблемы со зрением, а раньше были черепно-мозговые травмы. Адвокаты подчеркивали, что в условиях следственного изолятора имевшиеся у юриста проблемы со здоровьем "естественно, усугубились". Однако Мосгорсуд оставил Алексаняна под стражей [15], несмотря на то, что заболевание по зрению освобождает его от нахождения в тюрьме, так как, про словам защиты, попадает в утвержденный Федеральной службой исполнения наказаний перечень заболеваний, носителям которых не может быть назначено наказание, связанное с лишением свободы [10].

В июле 2006 года Генпрокуратура предъявила Алексаняну еще одно обвинение: ему инкриминировалась неуплата налогов с личных доходов [14] на сумму 3 миллионов 139 тысяч рублей. Ни по одному из предъявленных ему обвинений Алексанян своей вины не признавал, считая свое дело "политически ангажированным" [10].

В ноябре 2006 года в результате судебно-медицинской экспертизы, официально было зафиксировано, что Алексанян ВИЧ-инфицирован (данные об этом были обнародованы только в январе 2008 года, когда о заболевании юриста в ходе судебного заседания во всеуслышание объявил представитель прокуратуры [6]). Адвокаты отмечали, что до июля 2007 года Алексаняну не назначалось лечение, равно как и не проводилось ежемесячное освидетельствование в московском центре СПИДа, как того требует закон [7].

В 2007 году сообщалось, что за время нахождения в следственном изоляторе Алексанян практически ослеп. По словам адвоката Елены Львовой, на протяжении 2007 года следователи сами были вынуждены зачитывать обвиняемому материалы дела, поскольку читать их самостоятельно он уже не мог. В том же году у Алексаняна обнаружили признаки туберкулеза. По мнению Лыковой, он мог заразиться им только в тюремной больнице, "поскольку незадолго до перевода туда Алексаняну делали снимок, и его легкие были чисты" [10].

Уже в октябре 2007 года врачебный консилиум вынес решение, согласно которому Алексанян, переведенный в инфекционное отделении СИЗО "Матросская тишина", должен быть помещен в специализированную клинику [8]. В ноябре 2007 года Европейский суд по правам человека вынес аналогичное постановление. Однако вопреки ему 15 ноября 2007 года Москгорсуд по ходатайству следствия продлил Алексаняну срок содержания под стражей до 2 марта 2008 года [10]. По словам адвоката Львовой, следователи сами вышли в Басманный суд с предложением выпустить ее подзащитного под залог, однако суд в удовлетворении ходатайства отказал. Отказ был мотивирован тем, что "такое решение вправе принять и сам следователь" [9].

В ноябре 2007 года в единый российский государственный реестр юридических лиц была внесена запись о ликвидации признанного банкротом еще в августе 2006 года "ЮКОСа". Таким образом, нефтяная компания, интересы владельцев которой защищал Алексанян, официально перестала существовать [13], [11].

По словам Львовой, в декабре 2007 года Страсбургский суд по правам человека еще дважды напомнил российским властям о необходимости исполнения своего указания. По ее словам, суд подчеркивал, что если решение не будет выполнено и Алексанян умрет, "то действия российских властей будут приравнены к пыткам" [10].

28 декабря 2007 года Алексанян сделал заявление для прессы, в котором отметил: "Я доведен до критического предсмертного состояния. При этом за все это время не прекращались попытки сделать меня лжесвидетелем и получить от меня показания, порочащие других руководителей "ЮКОСа", в обмен на изменение меры пресечения, то есть фактически в обмен на жизнь" [8].

В январе 2008 года было объявлено об окончании процедуры ознакомления адвокатов Алексаняна с материалами дела [10]. В том же месяце адвокаты бывшего исполнительного вице-президента "ЮКОСа" обжаловали в Верховном суде решение Мосгорсуда от 15 ноября 2007 года, однако решение вынесено не было, и слушания были перенесены [9]. В ходе заседания суда 22 января 2008 года подсудимый сделал сенсационное заявление: следователи предлагали ему сделку - свободу и нормальное лечение в обмен на показания против Ходорковского и Лебедева. Он также опроверг утверждения следствия о своем отказе от лечения ВИЧ-инфекции в условиях СИЗО. Тем не менее, несмотря на все аргументы защиты, Верховный суд оставил Василия Алексаняна в следственном изоляторе. При этом в судебном решении указывалось, что следствие по делу вице-президента "ЮКОСа" было завершено, а само дело направлено в суд [6], [7].

5 февраля 2008 года начались слушания по делу Алексаняна в Симоновском суде. Подсудимый заявил, что осмотревшие его врачи онкологического центра при Боткинской больнице и Центра помощи больным туберкулезом и ВИЧ-инфицированным, подтвердили наличие у него СПИДа, туберкулеза и рака лимфатической системы - лимфомы (об этом заболевании Алексаняна СМИ впервые сообщили в конце января 2008 года). По мнению медиков, Алексанян нуждался в лечении в специализированном гражданском стационаре. Однако прокурор Николай Власов заявил, что не видит оснований для освобождения подсудимого из-под стражи. Тем не менее, 6 февраля суд приостановил процесс над Алексаняном и разрешил ему пройти лечебный курс в СИЗО. 7 февраля радиостанция "Эхо Москвы" со ссылкой на сотрудника ФСИН сообщила, что после проведенного консилиума специалистов было принято решение о госпитализации Алексаняна "в один из специализированных стационаров" [3], [1], [2], [4].

О семейном положении Алексаняна не сообщалось, однако отмечалось, что у него на иждивении находится малолетний сын 2002 года рождения [6], [23].

Использованные материалы

[1] Марина Лепина. Василия Алексаняна будут лечить в СИЗО. — Коммерсант, 07.02.2008. — № 19(3836)

[2] Василий Алексанян – бывший сотрудник ЮКОСа – всё-таки будет направлен на лечение в одну из специализированных клиник Москвы. — Эхо Москвы, 07.02.2008

[3] Марина Лепина. Симоновский суд поставил диагноз Василию Алексаняну. — Коммерсант, 06.02.2008. — № 18(3835)

[4] У Алексаняна, помимо СПИДа, обнаружен рак - адвокат. — РИА Новости, 31.01.2008

[5] Вера Челищева. "Папа, - сказал он, - я не собираюсь уезжать". — Новая газета, 28.01.2008. — №6

[6] Мирия Локтецкая. Показания или жизнь. — Газета (gzt.ru), 23.01.2008. — №11

[7] Марина Лепина. "Я не буду лжесвидетельствами покупать себе жизнь". — Коммерсант, 23.01.2008. — № 8(3825)

[8] Дело бывшего вице-президента ЮКОСА передано в суд. — Коммерсант-Online,, 22.01.2008

[9] Прокурорский диагноз. — Коммерсант, 17.01.2008. — № 4(3821)

[10] Дожить до суда и умереть. — Газета (gzt.ru), 16.01.2008. — №6

[11] ЮКОС перестал существовать юридически. — BBC News, Русская служба, 22.11.2007

[12] Екатерина Буторина. Гуманизм неуместен. — Время новостей, 03.10.2006

[13] Суд признал ЮКОС банкротом. — ИТАР-ТАСС, 01.08.2006

[14] Александр Шварев. Новая статья в деле вице-президента ЮКОСа. — Газета (gzt.ru), 17.07.2006. — №123

[15] Вице-президент НК ЮКОС оставлен под стражей. — Коммерсант, 01.06.2006. — № 97(3428)

[16] ФСИН подтверждает, что Василий Алексанян прекратил голодовку. — РИА Новости, 02.05.2006

[17] Екатерина Заподинская. Василий Алексанян перестал быть адвокатом. — Коммерсант, 27.04.2006. — №75 (3406)

[18] Список "репрессированных" по "Делу "ЮКОСа". — Новая газета, 24.04.2006. — № 30

[19] Волгин Юрий. Обжалованию подлежит. — Труд, 21.04.2006

[20] Владислав Трифонов. Василия Алексаняна посадили в карцер. — Коммерсант, 12.04.2006. — №64 (3395)

[21] Игорь Ковалевский. Сам просится в тюрьму. — Новая газета, 10.04.2006. — №26

[22] Артем Ерканян. Новый глава "ЮКОСА" Василий Алексанян арестован. — PanArmenian.Net, 08.04.2006

[23] Владислав Трифонов. Василия Алексаняна судят и обыскивают. — Коммерсант, 06.04.2006. — №60 (3391)

[24] Анна Скорнякова; Ольга Плешанова; Евгений Алексеев. Новый вице-президент ЮКОСа успел сказать. — Коммерсант, 06.04.2006. — №60 (3391)

[25] Екатерина Заподинская. "Меня хоть сейчас могут задержать на 48 часов". — Коммерсант-Украина, 04.04.2006. — №58

[26] Екатерина Заподинская. Вице-президента ЮКОСа представили к хищению. — Коммерсант, 03.04.2006. — №57 (3388)

[27] Мария Локотецкая. Обвинение после назначения. — Газета (gzt.ru), 03.04.2006. — №56

[28] Главу ЮКОС РМ вывели из совета директоров. — Коммерсант, 17.03.2006. — №46 (3377)

[29] Приговоры по делам ЮКОСа. — Коммерсант, 14.03.2006. — №43 (3374)

[30] Евгений Алексеев. ЮКОСу грозит удвоение директоров. — Коммерсант, 10.03.2006. — №41 (3372)

[31] Ирина Резник. Тиди наносит ответный удар. — Ведомости, 10.03.2006. — №41 (1568)

[32] Екатерина Буторина. Приговор вступил силой. — Время новостей, 23.09.2005

[33] Екатерина Заподинская. Мещанский суд отбросил условности. — Коммерсант, 17.05.2005. — №87 (3171)

[34] Екатерина Заподинская. Платон Лебедев замолчал последнее слово. — Коммерсант, 09.04.2005. — №63 (3147)

[35] Екатерина Заподинская. Один год подписки о невыезде. — Коммерсант, 06.02.2004. — №21 (2860)

[36] Алексей Никольский. Шахновского - на "химию". — Ведомости, 26.01.2004. — №11 (1051)

[37] Екатерина Заподинская. Василию Шахновскому выписан ордер на поселение. — Коммерсант, 24.01.2004. — №12 (2851)

[38] Борис Ямшанов. Адвокаты сами виноваты. — Российская газета, 09.12.2003. — №3363

[39] Слияние "ЮКОСа" и компании "Сибнефть" порождает все больше слухов. — Regnum, 02.12.2003

[40] В "ЮКОС" пока не поступало заявлений акционеров компании об отказе от высших руководящих постов в компании "ЮКОССибнефть". — РИА Новости, 02.12.2003

[41] Олег Стулов. Следствие идет к адвокатам. — Коммерсант, 28.11.2003. — №218 (2821)

[42] Адвокаты Михаила Ходорковского обжаловали решение Басманного суда Москвы об аресте их подзащитного. — РИА Новости, 28.10.2003

[43] Марина Лепина; Сергей Тополь; Валентин Романов; Константин Воронов. Сидеть. — Коммерсант, 27.10.2003. — №196 (2799)

[44] Виталий Иванов; Алексей Никольский. Допрос не удался. — Ведомости, 20.10.2003. — №191 (991)

[45] Марина Лепина; Сергей Тополь. Пришли за Шахновским. — Коммерсант, 18.10.2003. — №191 (2794)

[46] Адвокатская палата Москвы запретила двум адвокатам П. Лебедева являться на допрос в Генпрокуратуру. — РБК, 17.10.2003

[47] Сергей Тополь; Марина Лепина; Павел Преженцев. "Ждите, за вами скоро придут". — Коммерсант, 05.07.2003. — №116 (2719)

[48] Дмитрий Бутрин; Петр Сапожников; Алексей Герасимов; Денис Скоробогатько. Пришли за ЮКОСом. — Коммерсант, 03.07.2003. — №114 (2717)

[49] Севастьян Козицын. "ЮКОС" следит за котировками. — Ведомости, 25.03.2003. — №50 (850)

[50] М. А. Г. С.-консалтинг. — Российские организации (m.ju.organizations.ru), 21.10.2002

[51] Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31.05.2002 №63-Ф3. — Российская газета, 05.06.2002. — №100 (2968)

[52] Ирина Беда; Алексей Ходырев. Сужденья черпают из забытых газет. — Карьера, 28.12.2001. — №12

[53] Александр Трушин; Елена Кулефеева. Закон больших чисел. — Карьера, 28.12.2001. — №12

[54] Александр Трушин; Елена Кулефеева. На законных основаниях. — Карьера, 28.09.2001. — №9

[55] Екатерина Дранкина. Список Дарта. — Эксперт, 24.01.2000. — №3 (216)

[56] В ПАУФОР приняты еще три компании. — Коммерсант, 19.10.1996. — №178 (1136)

[57] Галина Молочкова; Сергей Подлесный. ЛУКойл и ЮКОС Латвию любят. Постепенно. — Бизнес & Балтия, 13.06.1996. — №116 (489)

[58] Алексанян Василий Георгиевич. — 24news.ru

еще -
http://www.kariera.orc.ru/0809-01/Allst010.html

Шахматный город

2008-02-09T22:37:38Z

Вот так выглядит макет Сити-Чесс 1998 года

А так - в натуре

Репортаж и фотографии moscou_actu из Калмыкии