Бывший исполнительный вице-президент НК "ЮКОС", находящийся в СИЗО по обвинению в совершении ряда финансовых преступлений

Бывший исполнительный вице-президент НК "ЮКОС" с полномочиями президента. В 1996-2003 годах был начальником правового управления и вице-президентом "ЮКОСа", в 2003-2006 годах - адвокатом главы Group Menatep Платона Лебедева, президента "ЮКОС-Москва" Василия Шахновского и президента НК "ЮКОС" Михаила Ходорковского. В марте 2006 года вошел в совет директоров НК "ЮКОС", а в апреле стал исполнительным вице-президентом НК "ЮКОС" с полномочиями президента, но уже через несколько дней был арестован по обвинению в ряде финансовых преступлений. Несмотря на то, что во время пребывания в следственном изоляторе у него был выявлен ряд опасных для жизни заболеваний, суд решил оставить его в следственном изоляторе.

За первые пять лет работы Алексаняна в "ЮКОСе" правовому управлению компании пришлось вести более сотни процессов, включая апелляции во всех инстанциях вплоть до Верховного суда. Считается, что во многом благодаря Алексаняну "ЮКОС" успешно противостоял попыткам Кеннета Дарта (Kenneth Dart), миноритарного акционера "дочек" нефтяной компании, заблокировать структурную реорганизацию холдинга - переход на единую акцию [54]. У Дарта были по 12 процентов акций "Юганскнефтегаза" и "Самаранефтегаза", а также 13 процентов акций "Томскнефти". Стороны инициировали многочисленные судебные иски, до рассмотрения которых арестовывались акции, принадлежавшие их противникам. Чтобы избежать подобных случаев "ЮКОС" тогда активно переводил собственные акции на офшоры. В конце 1997 года, когда противостояние только начиналось, Дарт хотел получить за свой пакет акций 750 миллионов долларов, а в конце 1999 года, когда "ЮКОС" ценой своей репутации мог бы обойтись и без него, согласился на 120 миллионов долларов. По мнению экспертов, в ходе этого конфликта только на ведение информационной войны стороны затратили по 15-20 миллионов долларов [55].

Начиная с 2001 года Алексанян фигурировал в прессе не только как начальник правового управления "ЮКОСа", но и как вице-президент [54], [53] и даже первый вице-президент компании [52]. В том же 2001 году он возглавил рейтинг самых влиятельных корпоративных юристов России, составленный журналом "Карьера" [54]. В интервью изданию Алексанян сообщил, что в период стабильного существования компании, главная задача его управления заключалась в "ведение домашнего хозяйства": отладке бизнес-процессов, создании процедуры принятия решений, обеспечении соблюдения законодательства всеми подразделениями компании в текущей деятельности, сопровождении новых проектов, повышении квалификации персонала, а также в построении схемы защиты активов [54]. Алексанян рассказал, что в свое время его управление впервые в практике российского нефтяного бизнеса разработало схему перехода права собственности на добываемую нефть с целью ее имущественной защиты, отстояв ее в суде "вплоть до Высшего арбитражного" [54], [53]. По некоторым сведениям, Алексанян был одним из самых доверенных лиц Ходорковского [22].

В 2003 году Алексанян продолжал занимать пост вице-президента и начальника правового управления нефтяной компании [49] вплоть до возбуждения уголовных дел против главы Group Menatep и управляющего акциями НК "ЮКОС" Платона Лебедева (задержан 2 июля 2003 года [48]), президента ООО "ЮКОС-Москва" Василия Шахновского (обвинен в уклонении от уплаты налогов 17 октября 2003 года [45]) и президента НК "ЮКОС" Ходорковского (арестован 25 октября 2003 года [43]).

После возбуждения уголовных дел против руководителей нефтяной компании Алексанян стал выступать в качества защитника Лебедева, Шахновского и Ходорковского [46], [45], [44], [42], [37], [36], [22], [5] и одновременно ушел из "ЮКОСа" [5], как того требовал федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре" [51]. При этом точно не известно, когда Алексанян перестал числиться в штате "ЮКОСа". Еще в июле 2003 года он был впервые упомянут в качестве защитника Лебедева [47], с другой стороны, журналисты продолжали называть Алексаняна вице-президентом нефтяной компании вплоть до декабря 2003 года [40], [39]. Когда в ноябре 2003 года сотрудники Генеральной прокуратуры, заинтересовавшись личными делами Алексаняна и заместителя начальника правового управления Дмитрия Гололобова, провели выемку документов в компании "ЮКОС-Москва" [41], они обосновывали свои действия тем, что обыски проводились не в офисе адвоката, а в помещении юридической службы фирмы [38].

5 февраля 2004 года подзащитный Алексаняна Шахновский был признан виновным в неуплате налогов на сумму 28,5 миллиона рублей, но был приговорен к одному году лишения свободы условно, так как возместил причиненный ущерб и к тому времени уже не работал в нефтяной компании [35]. 2 апреля 2004 года Басманный районный суд принял ряд постановлений по аресту швейцарских счетов десяти юридических фирм, связанных с "ЮКОСом", а также двадцати физических лиц, являвшихся акционерами или сотрудниками компании. Среди них оказался и Алексанян [14].

Начиная с 2004 года Алексанян на протяжении двух лет регулярно являлся в Генеральную прокуратуру на допрос в качестве свидетеля к следователям. Его вызывали несмотря на то, что он имел статус адвоката Адвокатской палаты Москвы и вправе был не давать показания против своих подзащитных и клиентов [21], [26], [5]. По словам самого Алексаняна, следователи утверждали, что ведут дела в отношении иных лиц [25]. Алексанян рассказывал, как однажды решил проверить, является ли он "невыездным": купил билет в Ригу, но его задержали в аэропорту [26].

По некоторым данным, Алексанян отсутствовал более половины судебного процесса по делу Лебедева, удостоившись в апреле 2005 года протокольного замечания от судьи Ирины Колесниковой "за неуважение к суду" [34], но появился к началу оглашения приговора [33]. По сведениям "Коммерсанта", Алексаняну, которого неоднократно допрашивали в Генеральной прокуратуре, угрожали арестом, возможно, вынудив отказаться от защиты Лебедева [34]. 31 мая 2005 года Лебедев и Ходорковский в рамках объединенного дела были приговорены Мещанским районным судом к девяти годам лишения свободы, но в сентябре 2005 года решением Московского городского суда срок заключения был сокращен до восьми лет [29], [32].

В начале марта 2006 года, в разгар конфликта лондонского и московского офисов "ЮКОСа" стало известно, что на внеочередном собрании акционеров управляющей компании "ЮКОС РМ" Алексанян может быть назначен членом совета директоров компании [30], [31]. 16 марта 2006 года решением собрания акционеров, а фактически президента НК "ЮКОС" и председателя совета директоров "ЮКОС РМ" Стивена Тиди, из состава совета директоров был исключен глава московского офиса компании и президент "ЮКОС РМ" Анатолий Назаров, а вместо были него назначены новые члены правления - вице-президент "ЮКОСа" по правовым вопросам Дэвид Годфри и Алексанян [28].

В конце марта 2006 года Алексанян согласился занять пост исполнительного вице-президента "ЮКОСа" [5]. Так как, согласно закону "Об адвокатской деятельности и адвокатуре", запрещалось совмещать адвокатскую практику и другую оплачиваемую деятельность (за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности) [51], 30 марта 2006 года Алексанян подал заявление о прекращении своего адвокатского статуса в связи с назначением на должность вице-президента "ЮКОСа". Заявление было принято к рассмотрению [17].

31 марта 2006 года, за день до назначения, Алексаняна вызвали в Генеральную прокуратуру и предупредили, чтобы он "держался подальше от этой компании". Когда Алексанян заявил, что не собирается покидать "ЮКОС", следователи заметили, что "впервые видят человека, который добровольно просится в тюрьму", и посоветовали ему "не забывать о своем здоровье" [21]. Так как адвокатский статус не позволял прокуратуре возбудить уголовное дело без решения суда [27] (адвоката можно было лишь задержать на 48 часов [25]), в тот же день Генеральная прокуратура направила представление в Симоновский районный суд с просьбой дать согласие на привлечение Алексаняна к уголовной ответственности [26].

1 апреля 2006 года Тиди назначил Алексаняна исполнительным вице-президентом "ЮКОСа" с полномочиями президента [27], [24]. В своем первом интервью Алексанян заявил, что намерен сохранить активы компании в условиях банкротства, чтобы обеспечить соблюдение интересов всех сторон - НК "ЮКОС", ее акционеров и кредиторов [26]. Через несколько дней он сообщил о намерении пересмотреть структуру управления компанией, что позволит ему самостоятельно управлять дочерними предприятиями, в которых находились все активы "ЮКОСа" [25], минуя управляющие компании "ЮКОС РМ" (переработка и сбыт) и "ЮКОС ЭП" (разведка и добыча), чье руководство отказывалось подчиняться решениям лондонского офиса [24]. По мнению экспертов, Алексанян, получивший широкие полномочия, вполне мог реализовать намеченные планы [24].

С 3 по 5 апреля 2006 года Симоновский районный суд рассматривал представление Генеральной прокуратуры [26], [25], [23]. Алексанян в это время заявлял, что, даже опасаясь неблагоприятного развития событий, он намеренно отказался от эмиграции, назвав это своей гражданской позицией. По его словам, он не являлся политической фигурой и надеялся, что "справедливый суд" установит отсутствие оснований для привлечения его к уголовной ответственности [25]. Поздно вечером 5 апреля 2006 года следователи Генпрокуратуры обыскали квартиру Алексаняна и его загородный дом в Горках-2 и, помимо документов, изъяли деньги и коллекцию швейцарских часов [23], [21]. 6 апреля 2006 года Симоновский суд выдал санкцию на предъявление обвинений Алексаняну [20]. В тот же день вице-президент "ЮКОСа" был задержан [18]. Ему было инкриминировано хищение акций ОАО "Томскнефть" и имущества Восточной нефтяной компании, а также последующее отмывание и легализации денежных средств, нажитых преступным путем. По версии следствия, Алексанян тем самым нанес ущерб собственникам, оцененный в 12 миллиардов 781 миллион рублей. Все эти преступления он якобы совершил в октябре-декабре 1998 года, когда возглавлял правовое управление "ЮКОСа" [20], [10].

В основу предъявленных Алексаняну обвинений легли показания бывшего юриста "ЮКОСа" Светланы Бахминой, арестованной в декабре 2004 года и приговоренной в апреле 2006 года к семи годам лишения свободы [19], впоследствии ее срок заключения был уменьшен на полгода [12]. В апреле 2006 года, выступая в суде с последним словом, Бахмина фактически возложила вину за инкриминированные ей преступления на своих непосредственных руководителей - Алексаняна и Гололобова [21]. По мнению прокуратуры, Алексанян действовал в составе организованной группы, одним из участников которой являлся совладелец "ЮКОСа" Леонид Невзлин [10].

7 апреля 2006 года решением уже Басманного районного суда исполнительный вице-президент "ЮКОС" был арестован и отправлен в специальный следственный изолятор - спецблок 99/1 "Матросской Тишины", где он сразу же отказался проходить медосмотр и на десять суток был помещен в карцер [20]. В тот же день Алексанян объявил о начале бессрочной голодовки в связи с незаконным решением суда [20], [21], прекратив ее лишь 27 апреля 2006 года [16].

Тем временем 11 апреля 2006 года Адвокатская палата удовлетворила ранее поданное заявление Алексаняна о прекращении его адвокатского статуса [17].

Адвокаты Алексаняна пытались обжаловать решение Басманного районного суда в Московском городском суде. Выступая на судебном заседании 1 июня 2006 года, сам подследственный заявил, что состояние его здоровья не позволяет находиться под стражей и пояснил, что у него есть проблемы со зрением, а раньше были черепно-мозговые травмы. Адвокаты подчеркивали, что в условиях следственного изолятора имевшиеся у юриста проблемы со здоровьем "естественно, усугубились". Однако Мосгорсуд оставил Алексаняна под стражей [15], несмотря на то, что заболевание по зрению освобождает его от нахождения в тюрьме, так как, про словам защиты, попадает в утвержденный Федеральной службой исполнения наказаний перечень заболеваний, носителям которых не может быть назначено наказание, связанное с лишением свободы [10].

В июле 2006 года Генпрокуратура предъявила Алексаняну еще одно обвинение: ему инкриминировалась неуплата налогов с личных доходов [14] на сумму 3 миллионов 139 тысяч рублей. Ни по одному из предъявленных ему обвинений Алексанян своей вины не признавал, считая свое дело "политически ангажированным" [10].

В ноябре 2006 года в результате судебно-медицинской экспертизы, официально было зафиксировано, что Алексанян ВИЧ-инфицирован (данные об этом были обнародованы только в январе 2008 года, когда о заболевании юриста в ходе судебного заседания во всеуслышание объявил представитель прокуратуры [6]). Адвокаты отмечали, что до июля 2007 года Алексаняну не назначалось лечение, равно как и не проводилось ежемесячное освидетельствование в московском центре СПИДа, как того требует закон [7].

В 2007 году сообщалось, что за время нахождения в следственном изоляторе Алексанян практически ослеп. По словам адвоката Елены Львовой, на протяжении 2007 года следователи сами были вынуждены зачитывать обвиняемому материалы дела, поскольку читать их самостоятельно он уже не мог. В том же году у Алексаняна обнаружили признаки туберкулеза. По мнению Лыковой, он мог заразиться им только в тюремной больнице, "поскольку незадолго до перевода туда Алексаняну делали снимок, и его легкие были чисты" [10].

Уже в октябре 2007 года врачебный консилиум вынес решение, согласно которому Алексанян, переведенный в инфекционное отделении СИЗО "Матросская тишина", должен быть помещен в специализированную клинику [8]. В ноябре 2007 года Европейский суд по правам человека вынес аналогичное постановление. Однако вопреки ему 15 ноября 2007 года Москгорсуд по ходатайству следствия продлил Алексаняну срок содержания под стражей до 2 марта 2008 года [10]. По словам адвоката Львовой, следователи сами вышли в Басманный суд с предложением выпустить ее подзащитного под залог, однако суд в удовлетворении ходатайства отказал. Отказ был мотивирован тем, что "такое решение вправе принять и сам следователь" [9].

В ноябре 2007 года в единый российский государственный реестр юридических лиц была внесена запись о ликвидации признанного банкротом еще в августе 2006 года "ЮКОСа". Таким образом, нефтяная компания, интересы владельцев которой защищал Алексанян, официально перестала существовать [13], [11].

По словам Львовой, в декабре 2007 года Страсбургский суд по правам человека еще дважды напомнил российским властям о необходимости исполнения своего указания. По ее словам, суд подчеркивал, что если решение не будет выполнено и Алексанян умрет, "то действия российских властей будут приравнены к пыткам" [10].

28 декабря 2007 года Алексанян сделал заявление для прессы, в котором отметил: "Я доведен до критического предсмертного состояния. При этом за все это время не прекращались попытки сделать меня лжесвидетелем и получить от меня показания, порочащие других руководителей "ЮКОСа", в обмен на изменение меры пресечения, то есть фактически в обмен на жизнь" [8].

В январе 2008 года было объявлено об окончании процедуры ознакомления адвокатов Алексаняна с материалами дела [10]. В том же месяце адвокаты бывшего исполнительного вице-президента "ЮКОСа" обжаловали в Верховном суде решение Мосгорсуда от 15 ноября 2007 года, однако решение вынесено не было, и слушания были перенесены [9]. В ходе заседания суда 22 января 2008 года подсудимый сделал сенсационное заявление: следователи предлагали ему сделку - свободу и нормальное лечение в обмен на показания против Ходорковского и Лебедева. Он также опроверг утверждения следствия о своем отказе от лечения ВИЧ-инфекции в условиях СИЗО. Тем не менее, несмотря на все аргументы защиты, Верховный суд оставил Василия Алексаняна в следственном изоляторе. При этом в судебном решении указывалось, что следствие по делу вице-президента "ЮКОСа" было завершено, а само дело направлено в суд [6], [7].

5 февраля 2008 года начались слушания по делу Алексаняна в Симоновском суде. Подсудимый заявил, что осмотревшие его врачи онкологического центра при Боткинской больнице и Центра помощи больным туберкулезом и ВИЧ-инфицированным, подтвердили наличие у него СПИДа, туберкулеза и рака лимфатической системы - лимфомы (об этом заболевании Алексаняна СМИ впервые сообщили в конце января 2008 года). По мнению медиков, Алексанян нуждался в лечении в специализированном гражданском стационаре. Однако прокурор Николай Власов заявил, что не видит оснований для освобождения подсудимого из-под стражи. Тем не менее, 6 февраля суд приостановил процесс над Алексаняном и разрешил ему пройти лечебный курс в СИЗО. 7 февраля радиостанция "Эхо Москвы" со ссылкой на сотрудника ФСИН сообщила, что после проведенного консилиума специалистов было принято решение о госпитализации Алексаняна "в один из специализированных стационаров" [3], [1], [2], [4].

О семейном положении Алексаняна не сообщалось, однако отмечалось, что у него на иждивении находится малолетний сын 2002 года рождения [6], [23].